РУС ENG 

Тезисы доклада Председателя Счетной палаты Татьяны Голиковой на заседании Совета Федерации по вопросу о законопроекте № 15455-7 «О федеральном бюджете на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов»

Уважаемая Валентина Ивановна!

Уважаемые сенаторы!

Добрый день!

Полтора месяца назад мы собирались в этом зале на парламентских слушаниях в преддверии обсуждения федерального бюджета на 2017-2019 гг. в Государственной Думе. Сегодня этот этап пройден, и можно подвести итоги, что удалось сделать силами всех участников процесса, чтобы улучшить главный финансовый документ страны, по которому нам жить уже с 1 января 2017 г.

Мне хочется остановиться на трех, как мне кажется, ключевых вопросах, которые курируют, и они являются предметом постоянного внимания Совета Федерации.

Первое — это макроэкономический прогноз.

В нашем заключении мы отмечали, что есть риски недостижения прогнозируемых объемов ВВП при базовом сценарии, к которым были отнесены: сохранение повышенной неопределенности внешне–экономической конъюнктуры, высокой волатильности товарных и финансовых рынков, необеспеченности темпов роста конечного потребления необходимыми финансовыми ресурсами и отсутствие действенных механизмов, обеспечивающих заметное повышение инвестиционной активности бизнеса.

Сегодня, в конце 2016 г., как уже сказал Антон Германович (Силуанов), мы видим благоприятные изменения внешнеэкономической конъюнктуры, особенно в сравнении с началом 2016 г., когда, помните, цены на нефть драматично упали.

Сейчас по состоянию на 12 декабря цена на нефть марки «Юралс» составила 52,55$ США за баррель. Если такая или близкая тенденция будет сохранена до конца года, то средняя цена на нефть за 2016 год составит 41,7$ за баррель, что на 0,7$ США больше, чем учтено в Прогнозах.

С учетом последних данных Росстата (на 5.12.2016) уровень инфляции по итогам 2016 г. может оказаться 5,5%. Напомню, что в прогнозах Правительства это было 5,8%.

Что же будет с российской экономикой, если эти благоприятные тенденции сохранятся в 2017 г.? На этот вопрос частично отвечает подготовленный Правительством вариант прогноза, так называемый, «базовый+», разработанный исходя из предположения о постепенном росте цены на нефть от 48$ США за баррель в 2017 г. до 55$ США за баррель в 2019 г. При этом в этом варианте темп роста ВВП прогнозируется на уровне от 1,1% в 2017 г. до 2,4% в 2019 г.

Несмотря на такие возможные темпы прироста, наличие рисков невыполнения поставленной Президентом в послании Федеральному Собранию задачи опережения среднемировых темпов прироста экономики уже в 2019-2020 гг., а также по доведению темпов роста производительности труда до 5% в год, к сожалению, пока остается. Если не изменить подходы к формированию системы мер, предусматривающих концентрацию финансовых ресурсов на наиболее важных направлениях расходов для активации точек роста экономики, проведению структурных реформ и вовлечению собственных средств предприятий в модернизацию производства. Мы об этом уже неоднократно говорили.

Вторая тема, на которой я бы хотела остановиться, - это приоритеты в расходах.

Мы отмечали, что одним из значимых недостатков прогноза являлось отсутствие оценки влияния реализовавшихся в 2015-2016 гг. антикризисных планов Правительства и 11 планируемых приоритетных проектов на основные показатели социально-экономического развития страны на предстоящую трехлетку.

Что произошло при рассмотрении бюджета в Государственной Думе? Во втором чтении на конкретные направления приоритетных проектов (11) было перераспределено в 2017 г. 176,9 млрд рублей. Очевидно, что в реализации приоритетных проектов будут участвовать регионы страны, и, в первую очередь, они будут участвовать своими бюджетами. Однако в явном виде в приложении 41 (таблица 68) к закону о бюджете, которое называется «Перечень приоритетных направлений, по которым осуществляется софинансирование расходных обязательств бюджетов субъектов РФ и муниципальных образований за счет средств федерального бюджета» прописано не все. Следует обратить внимание, что такое приложение появилось в бюджете впервые и, к сожалению, оно плохо корреспондируется с тем, что мы ожидаем для кардинального улучшения показателей социально-экономического развития в регионах. Это является простым перечислением названий межбюджетных трансфертов, которые планируется направить в бюджеты регионов. В 2017 г. таких приоритетов - 66, а в 2018-2019 гг. – 61. Очевидно, что администрировать такую систему приоритетов очень сложно. Кроме того, если проанализировать этот перечень, то легко можно увидеть отсутствие какой-либо систематизации: например, приоритет номер 1 в перечне называется «Реализация отдельных мероприятий по развитию здравоохранения». Он понятен, носит всеобъемлющий характер, но тут же есть приоритеты 2, 3 и 61, которые являются отдельными элементами системы здравоохранения. И, к сожалению, таких примеров в перечне очень много. При этом не оценено, какими показателями результативности должны пользоваться регионы: теми, которые характеризуют в целом развитие соответствующей отрасли или отдельных ее элементов.

Кроме того и новые приоритеты, и межбюджетные трансферты должны быть встроены в новые государственные программы, которые должны быть приняты через три месяца после принятия бюджета. А это еще один уровень планирования, предполагающий достижение конкретных результатов.

Не следует также забывать, что начиная с 2017 г., об этом уже говорилось, дотационные регионы должны подписывать соглашения с Минфином о достижении конкретных показателей социально-экономического развития, которые отличаются от приоритетов упомянутых выше. Таким образом, мы создали сложную и, как нам кажется, плохо администрируемую систему региональных приоритетов. Считаем, что на это должно быть обращено особое внимание Правительства.

Третья тема — это межбюджетные трансферты. В этом зале неоднократно поднималась тема необходимости их полного распределения законом о бюджете, что получилось.

Федеральным бюджетом предусматривается 65 субсидий на сумму 414,5 млрд рублей. Вроде бы количество сократилось на 30,1%. При этом приложениями не распределена по регионам 21 субсидия на сумму 154,8 млрд рублей, или 37,3%. Это же имеет место быть и в 2018, 2019 гг.

Как и в предыдущие годы наибольшее количество нераспределенных субсидий в 2017 г. сложилось у Минсельхоза, а именно 4 из 7 на сумму 81,6 млрд рублей, или 59,6% от всех сельскохозяйственных субсидий, у Минобрнауки - 4 из 8 субсидий на сумму 27,7 млрд рублей, или 75,3%, у Минстроя - 4 из 12 субсидий на сумму 10,8 млрд рублей, или 18,8%.

При этом законом устанавливается, что Правительство должно распределить нераспределенные субсидии (за исключением идущих на возмещение расходов) в срок до 1 февраля 2017 г. Если это не будет реализовано, то в силу вступает норма Бюджетного кодекса, которая предполагает, зачисление нераспределенных субсидий в резервный фонд Правительства. Если это произойдет, то тогда возникает вопрос: как быть с теми приоритетами, которые обозначены законом о бюджете, и как они будут реализовываться. Пока, к сожалению, ответа на этот вопрос нет.

Аналогичная жёсткая форма предполагается в Бюджетном кодексе и в отношении дотаций. Если до 1 марта соглашения с бюджетами субъектов РФ не будут подписаны, то дотации тоже перечисляются в резервный фонд. При этом правила использования средств резервного фонда пока не изменены.

В этой связи, я хочу привлечь ваше внимание к ситуации с исполнением за 11 месяцев отдельных субсидий. Я не буду перечислять, но по 17 субсидиям из 99 исполнение составило менее 50%, по 4 субсидиям перечисление вообще не осуществлялось.

Таким образом, на наш взгляд, требуется очень серьёзная работа, как со стороны министерств, так и со стороны регионов, чтобы исполнить все эти новеллы, которые заложены как в бюджетном законодательстве, я имею ввиду Бюджетный кодекс, так и в законе о бюджете на 2017-2019 гг., поскольку принципиально важным является недопущение риска неисполнение бюджетов субъектов РФ и, в первую очередь, их обязательств перед гражданами.

Спасибо!

Наверх